Главная

20.09.2017

СЕНТЯБРЬ. АИААИРА – 24

Мальчишка из «абхазского дворика»

Невозможно осознать, что прошло больше двух десятков лет, как Абзик ушел от нас навсегда. Неожиданно для его друзей и родных. Мне очень жаль, что для меня он остался Абзиком и не успел перейти в статус Абзагу Борисовича.

По моему мнению, человека можно понимать и считывать по определению его имени. Имя Абзик, которое читается на родном языке – Абзагу, означает «живое сердце», «сердечную жизнь», что на примере жизни этого юноши вполне себя засвидетельствовало. Он жил по сердцу, а сердце его было живым и чистым.

Он один из многих наших искупителей, которых мы положили на плаху войны, принесли в жертву за нашу национальную свободу. Только мне неизвестно, ценим ли мы совершенное ими для нас всех, вместе взятых и для каждого отдельно, на многие поколения вперед?!

Абзика навсегда забрала, поглотила война, на которую он пошел по зову сердца, защищая свою маленькую Апсны, которая для него обладала космическими величинами.

Друзья и близкие потеряли вернейшего и благороднейшего человека, неординарного интеллигента, знающего собеседника, талантливую и творческую личность, милостью Божией.

Гибель Абзика – это эмоциональный, внутренний удар и шок, который получили все, кто его знал. Среди них оказалась и я.

С Абзиком я познакомилась, как и со всеми мальчишками «абхазского дворика», прежде всего, как с друзьями моего младшего брата Адгура Басариа, а уже через несколько лет многие из них стали моими студентами.

Моё сознание сопротивлялось и отказывалось поверить, что началась война, я никак не хотела видеть реальность произошедшего испытания для моего народа. Но гибель Абзика ввергла меня в необратимость случившегося – с этого времени для меня пошел отсчет войны, я осмыслила, осознала, прочувствовала, что такое война, и приняла ее неотвратимость.

Все надежды, что начавшаяся война временна и краткосрочна, что это «какая-то ошибка», что она как-то «рассосётся», что «что-нибудь придумают», «подпишут документы о перемирии», для меня оказались пустыми и несбыточными.

Лето 1992 года. Война для этих юношей: Абзика Гургулиа, Адгура Басариа, Тамаза Берзениа, Лаши Зухба, Димы Гогуа, Даура Когониа, которых сухумчане называли «мальчишки из абхазского дворика», стало нелегким испытанием, особенно горьким, когда они начали терять своих друзей. А дружили они с раннего детства, их дружба начиналась во дворе, затем многих из них определили в детский сад «Алашара». Со временем они всей детсадовской группой пошли в начальный класс 10-й средней школы, а по окончании школы поступили в АГУ, где среди многих их преподавателей оказалась и я.

Все они были хорошие ребята, к своей дружбе относились с величайшей задушевностью, бескорыстностью и почтительностью. И это была не «плакатная», «протокольная» дружба, а настоящая, которая за короткий срок переросла и вобрала в себя сущность боевого братства.

В памяти остались годы их студенчества, а в душе – чувство вины перед ними.

Если задать вопрос, чем Абзик отличался от многих своих сверстников, то для ответа можно использовать слова Александра Бенуа, который, характеризуя Гогена, очень точно обозначил почти исчезнувшее в наше время качество – «героизм искренности». Абзик отличался в своей жизни именно героизмом искренности, искренностью во всём и по отношению ко всем! Редкий Божий дар, который он не только не растерял до конца своих дней, но и приумножил, завершив его тем, что «положил душу свою за друзей своих» [Иоан 15:13].

Он до поры до времени, как и многие его друзья, был «книжным мальчикам» – это участь многих детей из хороших семей с домашними библиотеками, поскольку читать и слушать в пору его детства и юности считалось важным аспектом воспитания.

Он достаточно рано был приучен пользоваться энциклопедией, словарями, свободно ориентировался в отцовской библиотеке, где были тысячи книг.

Но ярко выраженную индивидуальность и неповторимость образа мыслей не даст никакая начитанность – эти качества проистекают от личности самого человека, каким был Абзик.

Может, в чем-то Абзик был везунчиком, ведь он родился и рос в хорошей и дружной семье абхазской интеллигенции, где царил своеобразный интеллектуальный дух, созданный отцом – Борисом Алмасхановичем, и поддерживаемый матерью – Нелли Александровной. Он воспитывался в среде образованности, в семье, по мысли и образу жизни сугубо абхазской, и понятие преемственности традиций и культуры не было для него понятием отвлечённым, а было целостным и стойким.

Абзик обладал цепким умом, мыслил неторопливо, но основательно, без суеты, не менял по поводам и без поводов своих убеждений. В пору его учебы в университете на историческом факультете можно было увидеть в любознательном студенте, который внешне был застенчив и скромен, задатки незаурядного исследователя, которые впоследствии могли перерасти в талант большого ученого. Следует отметить его необычайную способность вникать в суть вопросов и находить неординарные ответы. Это была норма его мышления, своего рода железный императив, но выполняемый спокойно и неспешно. Для Абзика было характерно стремление к ясности и четкости и в жизни, и в речи, и в мыслях. Мне довелось видеть и наблюдать собранную и сосредоточенную работу его мысли в годы студенчества. Будучи исключительно принципиальным, последовательным и твердым в отстаивании своей позиции, он проявлял истинное уважение к мнению друзей и уважение к точке зрения преподавателей.

В этом типично абхазском парне душевная щедрость была неотделима от увлеченности творчеством и красотой. Абзик обладал блистательной одаренностью и был талантливым художником, который мечтал создать детский мультфильм на абхазском языке по этно-фольклорным мотивам. Он переживал постепенную утрату абхазами умения наслаждаться красотой и стилистическим разнообразием родной речи. Именно поэтому он хотел обратиться к детской аудитории, чтобы обучать их и прививать им неподдельную любовь к родному краю и родному языку.

У Абзика была большая привязанность к малой родине – земле деда Алмасхана, отца Бориса, и она имела свою географию, свое название – Кутол.

Он был одним из тех городских жителей, индивидуальность которых постоянно утверждается в наблюдениях обыкновенной жизни и раскрывается в восторге от соприкосновения с существующим за пределами города пространством. Там, в сельской жизни, земля существует в том же виде и дышит в том же ритме, как и сотни лет назад. Она бережет в себе важную и сокровенную тайну, само приближение к раскрытию которой делает жизнь просторной и многорадостной.

Недаром он любил часто бывать в деревне и с большой охотой трудился на земле, подальше от городского шума и суеты. Друзья его, когда с большой радостью посещали Кутол, из всех мест усадьбы для тихих и неспешных разговоров выбирали беседку, которую Абзик смастерил своими руками.

Может, именно любовь к родной земле, как высокое качество души, приближало его к вечности, питало мудростью, силой и содержательностью его повседневную жизнь.

О таких людях, как Абзик, говорят «врождённый лидер». Однако его лидерство было основано на огромной ответственности, перед тем и, с кем дружил, перед родными и близкими, перед старшими и младшими. Он никогда не стремился быть в центре внимания. Был совершенно лишен демонстративности, позы, не играл на публику. Наверное, по-настоящему хорошо его знали родные и близкие друзья – друзья его детства.

Все, с кем общался Абзик, отмечают отличавшие его притягательность и непринужденную способность сплачивать вокруг себя людей. Его всегда характеризовала внутренняя собранность – создавалось впечатление, что он постоянно готов к любым действиям, открыто и бескорыстно помочь любому человеку, ответить на любой вопрос. Наверное, поэтому он всегда находил общий язык с самыми разными людьми. С каждым он мог поговорить. Для него не существовало чужих проблем, проблемы других людей были для него как свои, он был неравнодушным человеком. Абзик запомнился еще и тем, что он был искренним человеком, глубоко порядочным внутренне. Он органически не переносил ложь и фальшь во всем и тем более в дружбе. Ему чуждо было чувство превосходства над другими людьми. Для него органичным было ровное, спокойное отношение ко всем. Казалось, он не способен был злиться, вынашивать неприязнь к человеку.

О таких людях, как Абзик, говорят, что они благородные и добрые, смелые и мужественные, надёжные и чуткие, отзывчивые и честные, живут по совести, имеют высокое чувство чести и долга, не поступаются своими принципами ни в большом, ни в малом, обладают глубоким чувством справедливости.

Мне он запомнился молодым человеком, очень красивым, весьма корректным, деликатным, с безупречными манерами. Такие молодые люди, как Абзагу, встречались в моей жизни всего один-два раза. Много лет, проходя или проезжая мимо баннера с фотографиями героев Отечественной войны (1992-1993), обязательно смотрю на имеющееся среди них фото Абзика. И всегда меня поражают его глаза. В них одна сплошная деликатность. Он даже в камеру смотрел таким взором.

Абзагу принадлежал к числу уникальных людей. Такие личности стали редкостью в наш век, но так естественны они для абхазской истории. Именно такие люди сохранили нам Отечество, язык, веру и культуру.

История войны сливается в одно эмоциональное переживание... Образы военных дней стремительно мелькают, сменяясь один другим. Любопытно наблюдать, как в воспоминаниях меняется траектория времени. Сегодня, вспоминая о жизни «мальчишек из абхазского дворика», следует сказать о целом поколении и констатировать, что именно в их среде закладывался тот ратный потенциал, который проявил себя в военное время. Абзагу Гургулиа и его друзья добыли нам победу и сохранили нам Отечество. Трудно судить, на что способно нынешнее послевоенное поколение, что хорошего они могут после себя оставить. Неисповедимы пути Господни. Никто не знает, через какие испытания придётся пройти новому поколению. У каждого поколения на этой земле свой Крест.

За время войны и впоследствии смерть отобрала у Абхазии тысячи сыновей, оставив их матерей страдать сердцем, но укрепляться осознанием значимостии сполненного сыновнего долга перед Родиной.

Такие матери, как Нелли Чичба-Гургулиа, – великие женщины, великие матери, они не предложили своим сыновьям уехать куда-нибудь подальше, отсидеться, спрятаться. Но возложили на них свои надежды, отправили сыновей на войну: «Если не вы, то кто?». И с материнским благословением мальчишки из «абхазского дворика», молодые люди, которые любили проводить свободное время в неторопливой, содержательной беседе на берегу моря в «Пингвине» под тенью огромных гималайских кедров, в первый же день ушли на войну и стали защитниками земли, страны, заступниками чести и совести своего народа.

Невероятно, но даже в самой безнадежной обстановке их не покидал боевой дух. В городских условиях, без необходимого военного снаряжения, боевого оружия, при полной нехватке боеприпасов они создавали подвижные боевые группы. Одни уходили вперед, чтобы вести разведку. Среди них был и Абзик, другие, дожидаясь их, готовились к уличным боям. По рассказам друзей, Абзик никогда не стремился выжить сам, но тревожился за жизнь своих друзей. Он шел к победе вместе со всеми, просто выполнял свой сыновний долг и отдал свою жизнь истинно святому служению Родине.

Если бы не эта страшная война, мне думается, что мальчишкам из «абхазского дворика» судьба готовила особую роль в жизни нашего народа, они в молодом возрасте уже представляли национальную элиту, но война забрала у них юность, дружбу и надежды.

«Мой самый первый в жизни друг» – эти тёплые слова, не раз обращенные к Абзику, я слышала от своего брата. Я знаю, что его душа тоскует, в сердце стало пусто, и место Абзика никто не сможет занять.

Так странно, когда в жизни появляется война, все меняется. Меняются и такие вещи, о которых даже никогда раньше не задумывался. Мальчишки из «абхазского дворика», с самого детства вы были всегда рядом. Абзик был для каждого свой.

Я думаю, что он был частью страны, ее внутренней силой, ее поддержкой и опорой. Он – искра, которая зажигала пламя в душе и заставляла жить. Абзик ушел из жизни, но не ушел из наших сердец и нашей памяти. Для кого-то он был другом, для кого-то братом, для матери – смыслом жизни. Для меня он был примером Человека с большой буквы.

Вспоминайте Абзика, делайте добро и любите друг друга. Помните о том, как скоротечна жизнь и как много ещё надо успеть – сказать, сотворить, сделать и оставить добрый след на земле.

Путь этого юноши, который в одночасье стал верным воином и преданным защитником Родины, достоин подражания и уважения.

Он был светлым и по жизни добрым, сердечным человеком с живым и чистым сердцем!

Он любил жизнь и сумел подарить ее людям!

Л. ХАРЧЛАА, доцент кафедры истории России и зарубежных стран АГУ


Возврат к списку