Главная

ЧЕЛОВЕК ЖИВ, ПОКА ЕГО ПОМНЯТ, ПОКА ЖИВО ТО, ЧТО ОН ОСТАВИЛ ЛЮДЯМ 02.03.2018

ЧЕЛОВЕК ЖИВ, ПОКА ЕГО ПОМНЯТ, ПОКА ЖИВО ТО, ЧТО ОН ОСТАВИЛ ЛЮДЯМ

Память человеческая избирательна. Что-то всегда держит на виду, на слуху. Что-то прячет глубоко и невидимо, но бережет и хранит и при надобности поднимет наверх и поделится. А еще всегда знает, что, где и как хранить, и знает безошибочно. Но человеческая память и субъективна. Услышит, увидит, воспримет и спрячет, но так, как ей услышалось, увиделось, воспринялось. И потому об одном и том же каждый вспоминает по-разному, по-своему. Такая вот у нас память. Наша помощница. Я не раз находила полное этому подтверждение, общаясь с людьми, которые, рассказывая о чем-то, задумывались, старались поднять из закромов своей памяти минувшее время и события.

Так было и сейчас, когда речь шла о человеке, о котором многие знают многое, но хотят знать больше. И поэтому память работала напряженно, чтобы не упустить даже незначительные, на первый взгляд, детали его бытия. Человек этот – Сергей Багапш. Из деталей складывалась личность, личность сильная, твердая, волевая. Таким знали второго Президента независимой Республики Абхазия, при котором независимость Абхазии и была признана Россией, а позже и другими странами мира, и который приложил немало сил и стараний, чтобы страна наша развивалась в мирной обстановке, стабильно и прогрессивно. Но эти крупицы воспоминаний создавали и человека увлеченного, увлекающегося и неравнодушного, воспринимающего жизнь во всем богатстве ее красок – в умении любить и дружить, понимать природу, искусство и детей, быть преданным, заботливым сыном, мужем, отцом и азартным спортсменом, удачливым охотником и придирчивым земледельцем и садоводом, быть благодарным и благородным. И у родных, друзей, земляков, коллег в памяти он такой, каким воспринимался каждым, каким его понимали и любили.

…Год 1957-й. Школьная парта ему понравилась сразу. Сел, выпрямился, аккуратно положил перед собой сложенные руки. И почему-то сразу почувствовал себя взрослее и серьезнее, чем тот Чичка (он очень любит это свое имя, но мама сказала, что в школе он теперь будет Сережа Багапш), который несколько минут назад первый раз вошел в свой первый класс. В каждой школе, в каждом классе есть свои лидеры. Сухумская 10-я исключением не была. С первых школьных дней класс стал прислушиваться к тому, что говорили и делали Давид Пилия, Сергей Багапш, Заур Миквабия, Игорь Ахба, Якуб Лакоба, Гудиса Дзидзария, Борис Шларба... Учились эти ребята хорошо. Дружили искренно. Одноклассниц оберегали ото всего как родных сестер. Чистота отношений – во всем.

– Много вот таких нужных в жизни качеств воспитала в нас наша учительница Нелли Владимировна Маргания-Джонуа, за многое мы все ей благодарны. Организаторские способности Сергея, а они проявились у него сразу, очень быстро сделали его авторитетом в классе. Но он был бесспорным лидером и для всей школы – уже известные его инициативность, активность плюс звание капитана баскетбольной команды Абхазии обязывали ко многому. Сергея закаляли, конечно, и школа, и двор у сухумского дома, и просторы родового села Джгиарда, – уходя мыслями в далекие уже сегодня годы, рассказывает Гули Кичба – в прошлом одноклассница, а сегодня руководитель Движения «Матери Абхазии за мир и социальную справедливость».

– Характер у него был волевой всегда. Помню, проходили соревнования в Тбилиси. Я тоже играла в баскетбол, была членом сборной команды. Наши ребята играют с тбилисцами, проигрываем два очка, нервы на пределе, но на самых последних секундах Сергей Багапш забрасывает победный мяч. Судья не засчитывает. Зал негодует. Даже грузинские ребята-спортсмены освистывают судью за это. Сергей, возмущенный такой несправедливостью, резко бросает мяч в судью, сбивает с ног, тот падает. После такого настоящего «нокаута» мы все очень переживали, боялись, что Сергея дисквалифицируют. Но общими усилиями его удалось отстоять, – продолжает Гули Михайловна. А потом добавляет:

– И разных смешных эпизодов немало было и в школьной жизни, и потом. Помню день моей свадьбы. Я стою с подругами в комнате. Заходят – высокий стройный Сергей Багапш и пухленький Заур Корсая, которого мы звали Сальчик, и оба они чуть-чуть как бы не в своей тарелке. В чем дело? Оказывается, в зале, среди гостей ребята курили, они вообще были начинающими курильщиками, а Сергей к тому же – спортсмен. Но позволить себе ребята могли только очень недорогие сигареты. А тут вдруг появились на свадьбе известные сухумские «денди», демонстративно вытащили сигареты «Мальборо». И мои друзья-одноклассники покинули их общество, чтобы не ущемить своего достоинства.

С одной стороны, это еще было мальчишество, но с другой, наверное, уже тогда укреплялось чувство собственного достоинства, уверенности в себе. У нашей самоутверждающейся, строящей новую жизнь страны было немало ситуаций, когда достоинство, независимость, убежденность в собственной правоте помогали принять единственно верное решение. А таких обстоятельств позже, в уже президентских буднях Сергея Багапш, было ох как немало. Знаю, что в отношениях моей собеседницы Гули Кичба с ее другом-одноклассником Сергеем Багапш возникло серьезное напряжение. И я спрашиваю ее об этом. «Я проясню ситуацию, объясню, как все было. Это болезненной царапиной осталось в моей душе», сказала Гули.

– Идет кампания по выборам президента Абхазии. Баллотируются на самый высокий пост в стране и два моих одноклассника – Сергей Багапш и Якуб Лакоба. Среди кандидатов также Рауль Хаджимба, Сергей Шамба, Анри Джергения. В народе знают, что Рауля Хаджимба, занимающего в то время пост Премьер-министра, хотел бы видеть своим преемником Владислав Ардзинба. В один из вечеров ко мне домой пришли трое хорошо известных в Абхазии людей (кого-то из них уже нет в живых, но, думаю, другие помнят об этом), и передали личную просьбу Ардзинба ко мне – выступить в поддержку Рауля Хаджимба. Я с большим уважением относилась тогда и отношусь сейчас к Раулю Джумковичу. Но я уважаю, люблю и моих одноклассников. Знаю их достоинства, способности, личные качества. Очень непростая для меня ситуация. Но и отказать лидеру нашего народа Владиславу Ардзинба для меня было невозможно. Его просьбу я выполнила. Сергея, он стал на этих выборах Президентом, это должно было обидеть. И обидело. Но… Еще и еще раз Сергей подтвердил – он человек с самыми высокими, достойными глубочайшего уважения, качествами. Он не стал демонстрировать обиду, недоверие – негатив ко мне. Более того, когда у меня возникали очень сложные, критические жизненные ситуации, связанные с ребятами – инвалидами нашей войны, и с моим сыном Димой – кавалером ордена Леона, я обращалась к нему за помощью. А он говорил: «Ну, а к кому еще ты должна прийти?» В этом весь наш Сергей Багапш, которого мы любили и любим, помним и уважаем и никогда не забудем, – завершила Гули Кичба свое откровение.

А потом сказала:

– А разве я, мать, когда-нибудь смогу забыть крепкую связь: Сергей Багапш и мои дети. Идет война. 16 марта тяжелое ранение получает мой сын Дима. Срочно вывезли его в Москву – необходима сложнейшая операция. Мое сердце и душа на пределе возможностей. А 17 марта – страшная весть: погиб сын Арзик. Сергей Багапш без лишних слов понимал весь чудовищный трагизм ситуации. Он никому ничего не сказал. Просто был в Московском главном военном клиническом госпитале имени академика Н.Н.Бурденко, когда там оперировали Диму. Стоял, пока операция не закончилась. Знаю, также по-отцовски, без всякого афиширования он опекал многих наших ребят, которых после тяжелейших ранений привозили в клиники Москвы для спасения их жизней. А когда так внезапно и безвременно Сергея Багапш не стало, мой сын Дима очень горько сказал: «Вот теперь я осиротел по-настоящему».

В сердцах многих матерей Абхазии – вечная благодарность Сергею Васильевичу за душевную заботу об их детях и глубокая скорбь из-за его такого раннего ухода из жизни, – завершила Гули Кичба свой рассказ.

…Пицундская бухта пленяла своей красотой. Шелестел свежий морской ветерок, облагороженный слегка терпковатым запахом реликтовых сосен. О чем-то своем перекликались чайки, проносясь над морской гладью. Все располагало к хорошему настроению, к размышлениям. Но в большом зале, где собрались женщины, представляющие Союз женщин-предпринимателей Абхазии, и их гости из Татарстана, Кубани, других регионов России, чтобы обсудить актуальные для обеих сторон вопросы, разговор не то чтобы не клеился, просто не было ожидаемой активности, эмоциональности, присущих женскому общению. Да и организаторы этого мероприятия немного нервничали – должен приехать пообщаться с собравшимися Президент Абхазии Сергей Багапш, и очень хотелось, чтобы все было красиво, достойно и, как принято говорить, на уровне.

– Что почувствовал Сергей Васильевич, войдя в зал и приветствуя женщин, я не знаю, – вспоминает об этом журналистка Марина Габрия, – но, видимо, что-то уловил, уловил очень тонко, и сразу сориентировался. Он повел себя и как Президент, исполняющий свою миссию на серьезном мероприятии, и как настоящий мужчина, которому под силу почувствовать и разрядить напряжение в женском обществе. Было полное отсутствие дистанции, которую может предполагать ранг президента, было несколько веселых шуток, была непринужденность общения, и в зале воцарились взаимопонимание, доброжелательность, исчезла скованность. А когда Президент пригласил сделать совместные фотографии и потом сказал, обращаясь к своему коллеге: «Какой здесь цветник из прекрасных женщин, а мы должны все это оставить и ехать решать проблемы в Москву», то все искренне рассмеялись. Сергей Васильевич распрощался и уехал, а женщины, очарованные им, почувствовали и себя близкими друг другу и продолжили работу уже в совершенно другом настрое.

– Очень хочется сказать еще об одном, – говорит Марина Габрия, – по журналистским делам мне не раз приходилось общаться с Президентом Сергеем Багапш, я всегда ощущала его понимание, неравнодушие к поднимаемым проблемам и искреннее желание решить их, помочь людям. Зачастую так и получалось. Я знаю, что у многих моих коллег, других наших граждан было такое же мнение после их общении с Президентом Багапш. Но мне всегда хотелось думать, и так я думала и думаю до сих пор, что он меня слушает особо, понимает особо. И это потому, что мы с ним родились в один и тот же день – 4 марта.

…А мне вспоминается одно яркое весеннее утро. Иду по набережной мимо президентской Администрации. На газонах – белые, лиловые, бордовые «анютины глазки». Красиво, нарядно, празднично! Остановилась. Любуюсь. Вдруг из центральных дверей вышел Президент Сергей Багапш. Увидел меня, говорит: «Нравится? Ты не первая ими любуешься. Я потому и поручил, чтобы их к нам завезли и на клумбах по всему городу посадили. Пусть красиво будет». Потом немного задумался, вздохнул и сказал: «Надо нашу молодежь к красоте приучать, природу любить приучать. И ухаживать за ней, работать – приучать. Очень это нам сегодня надо».

…Президент Сергей Васильевич Багапш часто бывал по государственным делам в Москве. После первого его приезда прошло более 12 лет. Срок, согласимся, немалый. Но в Москве многие до сих пор хорошо помнят абхазского Президента. Но помнят не только в статусе решительного, мудрого лидера государства, а помнят человека, который знал их по именам, с которым (порой в нарушение служебных обязанностей или упрощения требований протокола) можно было выкурить пару сигарет, переброситься шуткой, принять в дар бутылку солнечного абхазского вина; помнят его открытость, доступность, доброжелательность, человеческую простоту. И помнят свои искренние переживания в связи с его кончиной и слова соболезнования, сказанные ими членам семьи и представителям Абхазии во время церемонии прощания с Сергеем Васильевичем Багапш в Москве, в зале Культурного центра Вооруженных сил Российской Федерации.

…4 марта Сергею Васильевичу Багапш исполнилось бы 69 лет.

Память хранит минувшее время, хранит факты, события и тепло ушедшего общения.

Воспоминания записала Лилиана ЯКОВЛЕВА


Возврат к списку