Главная

РОМАН С ТАНЦЕМ 21.02.2019

РОМАН С ТАНЦЕМ

«АБАЗА» – 25 лет на сцене

Носок тянуть, подбородок выше и – раз, два, три… Так рождаются танцоры, порхающие по сцене, словно мотыльки. И не каждый знает, что за обманчивой легкостью скрывается тяжелый физический труд. В школе искусств «АБАЗА» танцами занимаются дети от 6 до 12 лет. Для кого-то из них это просто хобби, а кто-то уже решил посвятить национальной хореографии всю свою жизнь, как их педагоги, вкладывающие в них свою душу. Заслуженные артисты Республики Абхазия Алексей Николаевич Аршба и Циала Ивановна Чкадуа занимаются танцами с самого детства. Хореография стала для них одной из главных составляющих жизни. Много лет они учат девчонок и мальчишек танцевать, всю свою жизнь они посвятили танцу. Выпускники школы танцуют в государственном детском хореографическом ансамбле «АБАЗА», который был создан ими четверть века назад.

Они сумели создать, смело, можно сказать, гениальные хореографические постановки на основе кавказского фольклора. Своеобразными средствами пластики, самим художественным рисунком танца, не сразу заметными для неискушенного зрителя тонкими манерами и мягким темпераментом своих постановок они умеют вызывать в воображении зрителя великолепное действо, при котором на сцене возникали образы мужественных и гордых мужчин, грациозных и чувственных горянок. И зритель, какой бы национальности он ни был, понимал этот язык танца, рожденного из глубин всей трагической и в то же время воинственной истории кавказского народа. Именно в этом и было чудо талантливых хореографов, что они через танец умели показать великую духовную культуру кавказского народа. И мы в неоплатном долгу перед ними.

Беседуя с Циалой Ивановной, с этим незаурядным хореографом, понимаешь, что нет предела её творческой фантазии. Не ослабевает в ней творческий накал, призналась она мне, собираясь в очередную поездку на очередной фестиваль.

Жизнь не бывает гладкой. Были в биографии моей героини и подъемы, и спады, полёт души и очень большая любовь, порой откровенно ставили ей подножку, чтобы упала, лишали должности... Когда говорит о последнем, лицо становится отчужденно холодным. Взгляд ее особых карих глаз, в глубине которых плещется огонь, называют «чкадуевским». Вопросы ей я не задавала. Передо мной пронеслась вся её жизнь, как танец, которому она посвятила свою жизнь.

Путёвка в жизнь

– Я родилась в селе Кутоле Очамчырского района в семье Евгения Чкадуа, – рассказывает Циала Чкадуа. – Отец Иван пел в народном хоре, мама – Зоя Пачулия – тоже пела и танцевала. Бабушка Лена играла на ачамгуре. Искусством я и мой младший брат Беслан были «пропитаны» с детства: пели и танцевали в школе, участвовали во всех культурных районных мероприятиях. После окончания школы мы поступили в Сухумское государственное училище культуры (бывшее Культпросветучилище). В 1976 году мы уже танцевали в ансамбле «Шаратын» под руководством Эдуарда Бебия. Брата взял в Госансансамбль песни и танца Абхазии Василий Царгуш, в 16 лет он уже был солистом, ему аплодировали стоя, когда он становился на пальцы во время исполнения осетинского народного танца. Танцевать нравилось очень. На наших концертах был аншлаг. На гастролях успех имели оглушительный. Зритель все-таки был не такой искушенный, как сейчас. Наши выступления превращались в целое событие.

Путевку в творческую жизнь мы получили в Институте культуры – брат в Москве, а я в тамбовском филиале. Танец вошел в мою жизнь настолько прочно, что я преодолела жёсткий отбор – из 120 абитуриентов приняли лишь 25, и меня в том числе. Мне повезло с педагогами, как в училище, так и в институте: Лили Георгиевна Эризай, Эдуард Вахайдович Бебия, Лариса Эвстафьевна Пуляева. Эдуард Вахайдович написал в Министерство культуры РСФСР запрос о моём возвращении после окончания института в Сухумское училище. Таким образом, меня вернули на Родину. В 27 лет я уже имела три ставки в училище. Так началась моя серьёзная педагогическая деятельность. Я была молодая, но принципиальная. Моими первыми студентами были Руслан Бебия, Вионор Логуа и другие артисты ансамблей Абхазии.

Семейная идиллия в искусстве

– Мой супруг Алексей Аршба окончил Челябинский институт культуры и 11 лет работал в городе Магнитогорске, – продолжает Циала Чкадуа. – Он родом из села Гуады Очамчырского района. Его отец Николай был кузнецом, художником-ремесленником. Мама его – Зинаида Чаблах – играла на национальном народном инструменте и пела. С детства Алексей увлекался изготовлением и игрой на музыкальных инструментах. Нынешний год является юбилейным не только для нашего ансамбля, но и для Алексея Николаевича – недавно ему исполнилось 65 лет.

Когда Алексей вернулся в Абхазию, мы вместе преподавали в училище. Несмотря на то, что наши характеры и мировоззрения были диаметрально противоположными, через три года мы поженились. Во всём есть Божий промысел. И в декабре 1987 года у нас родилась дочь Эсма. А в апреле 1991 года в нашей семье появился сын Гудиса. Мы жили дружно. По очереди нянчили детей и ходили на работу. В августе 1992 года мы с детьми отдыхали на Ауадхаре, однако отпуск пришлось прервать. Началась война. Начались наши скитания: Эшера, Гудаута, Пицунда…

Танцы, «опалённые» войной

– Шла война, в пицундском пансионате «Иверия» жили беженцы, – вспоминает Циала Ивановна. – В основном это были женщины и дети. Мы выживали. Многие ребятишки были предоставлены сами себе, так как их мамы, стараясь заработать на жизнь, занимались торговлей цитрусовых плодов, фруктов, мимозой… А ведь детей не удержишь. Поэтому было принято решение создать детский лагерь. Мне предложили возглавить его, однако я отказалась. Но в марте 1993 года возглавила танцевальную группу. Она была такой многочисленной, что даже не помещалась в зале пансионата. Именно там и завязался мой роман с детским танцем.

Любой танец – это краски. И каждый хореограф рисует его по-разному. Все зависит от того, как он его видит и чувствует. Многое зависит и от ребенка, от его настроения, эмоций. Тогда я была не только педагогом танцев, но и психологом, чтобы каждому из ребятишек сказать нужные слова. Я часто сталкивалась с такой ситуацией: хороший танцор, но не самый лучший преподаватель. Почему? Наверное, мало просто хорошо танцевать. Да и просто любить детей тоже маловато. А вот как сделать так, чтобы они тебя понимали? Работаю над этим постоянно. А получается ли? У них надо спросить...

Жизнь артиста – это не только гастроли

– Сразу после войны в 1993 году ко мне обратились родители детей, с которыми я занималась в Пицунде, – рассказывает Циала Чкадуа. – Они попросили меня создать детскую танцевальную группу, чтобы их дети были чем-то заняты. Тогда их было человек двадцать. Выступали в Доме творчества. Помещения для репетиций не было, не было и инструментов. Скитались по разным помещениям. Первым нашим музыкантом был Артур Калайджян. Он был творческим человеком, и его не смущал тот факт, что платить ему было нечем. Я ему напевала мелодию, и он моментально её подхватывал и играл на аккордеоне. В таких условиях рождался детский хореографический ансамбль «АБАЗА». Чуть позже стало функционировать училище, и Алексей Николаевич возглавил его. С Маяка мы перешли в новое здание на улице Воронова. Мы восстанавливали это здание по крупицам. Вместе с родителями детей из ансамбля мы чистили классы, завозили доски, мебель, инструменты. Но когда в училище начался учебный процесс, нам пришлось переехать в клуб «Рыбколхоза» на Маяке. Директор предприятия дал нам ключи от помещения, подарил всё, что было в клубе – инструменты, костюмы, обогреватели, мебель и прочий инвентарь. Однако транспорта тогда не было, и мои «военные» дети с Турбазы, из Нового района ходили пешком на репетиции в дождь, в снег. Но ходили и танцевали, иногда в мокрой обуви. Работали бесплатно, родители приносили нам продукты. Первые наши абхазские костюмы мы сшили из белых простыней – я кроила, родители шили. Когда нас приглашали выступать перед зарубежными делегациями, мы пришивали элементы той или другой страны к репетиционной форме. Так выкручивались. А когда нам стали вставлять палки в колёса некоторые чиновники, мы официально создали ООО «АБАЗА». Но мир не без добрых людей. И нас заселили в здание детского сада завода «Сухумприбор», администрация которого тоже подарила нам танцевальные костюмы. Бессменным хореографом являлся и является по сей день Алексей Николаевич Аршба. Но в начале нашего пути нам помогали хореографы Леонид Какачия и Анри Ферзба, музыканты Роберт Жиба, Мазлоу Акаюба и Нодар Кварчия, долист Дато Чкадуа. Однако кому-то наш коллектив был как кость в горле: били стёкла в окнах, даже устроили пожар в здании, который я тушила, рискуя жизнью. Я приходила в 6 утра и охраняла здание. Каждые полгода я отстаивала наш зал.

«Нашу судьбу решил Первый Президент Абхазии»

– Когда стоял вопрос о существовании нашей школы и ансамбля, Владислав Григорьевич Ардзинба, который неоднократно смотрел наши концерты, вынес для нас судьбоносное решение, – вспоминает с большой благодарностью Циала Чкадуа. – Он сказал чиновникам: «Такие люди заслуживают внимания. Танцевальной группе нужно дать статус «государственного ансамбля». И школу не трогайте, дайте им развиваться». Так нашу судьбу решил Первый Президент Абхазии. Большую помощь в то время нам оказывали Сергей Васильевич Багапш, Александр Золотинскович Анкваб, Комитет по репатриации в лице Гиви Допуа, гендиректор Абхазского морского пароходства Заур Джотович Ардзинба. Благодаря этому мы сегодня здесь. И сегодня не оставляют нас без внимания руководство страны и министр культуры Эльвира Арсалия. Неоценимую помощь нам оказал Беслан Цвинария, который в то время работал в Сухумской городской Администрации (сегодня возглавляет Государственный таможенный комитет РА). Он неоднократно организовывал поездки ансамбля в города-побратимы Сухума. Кроме того, у Беслана было хобби: он коллекционировал аккордеоны, восстанавливал их, любил искусство. Много инструментов он подарил не только нашему ансамблю, но и другим коллективам.

Все правительственные концерты проходили с нашим участием. Моих детей называли в недружественной прессе «маленькими сепаратистами» и не выпускали за пределы республики. Однако до получения российских загранпаспортов в 1996 году мы всё же выехали в Россию в город Раменск Московской области на фестиваль, и публика нам аплодировала стоя. Затем каждый год выезжали в Сочи на «Рождественскую звезду», ездили на «День города» в Санкт-Петербург, в Москву, Подмосковье и другие города России. Занимали первые места, получали Гран-при. Затем были поездки в Турцию, Польшу, Германию, Францию, Чехию, Болгарию, Финляндию, Швецию. В Париже наш коллектив принимал участие в международном фестивале, который проходил в детском городке «Disney-land», где взяли приз – огромную мягкую игрушку Микки Мауса. Эта поездка была незабываемой. Дети катались на аттракционах, посетили парижский аквапарк и другие достопримечательности французской столицы. На всех наших концертах на сцену мы выносили абхазский флаг. Было много коллизий по этому поводу во время фестивалей, так как Абхазия была непризнанным государством. Однако наш флаг всегда был на сцене всех стран, где выступал наш ансамбль.

***

С большой теплотой руководители «АБАЗЫ» говорят о родителях маленьких танцоров, которые по сей день работают рядом с ними. Это – бухгалтер-деловод Марина Аргун и аккомпаниатор Марина Агумава. Другом коллектива была Элеонора Агумава, которая работала в Кабинете Министров Абхазии и оказывала помощь в оформлении различных документов. С благодарностью вспоминают они родителей – Полину Сангулия, Наалу Хашиг, Ингу Ласурия, Виолетту Аршба, Тину Тарба, Индиру Ачба, Лали Гогуа и автора этих строк.

– Мои сыновья – Саид, Лаша и Джасух Цвинария – являются старожилами «АБАЗЫ», – говорит Наала Хашиг. – Эта школа была вторым домом для детей. Танцы организовывали и закаляли наших детей. Циала Ивановна даже контролировала их школьные дневники. Благодаря танцам наши дети объездили мир. От имени всех родителей – низкий поклон Алексею Николаевичу и Циале Ивановне за их труд и вклад, который они внесли в воспитание наших детей. Многие из них сегодня стали государственными чиновниками, артистами и просто хорошими людьми.

Публикацию подготовила Русудан БАРГАНДЖИЯ


Возврат к списку