Рубрики

Махаз, Рауф, Боча и другие 17.10.2011

Махаз, Рауф, Боча и другие

Размышления после просмотра спектакля Абхазского театра в Петербурге

Накануне моего отъезда из Петербурга позвонил Боча Аджинджал, почетный президент петербургского абхазского общества «Апсны»: «Сегодня в Балтийском доме спектакль Абхазского театра. Придешь?»

– Конечно, без вопросов. Встреча с Абхазией всегда для меня радость.

Спектакль Абхазского государственного театра имени С. Чанба проходил в рамках XXI Международного театрального фестиваля «Балтийский дом» 3 октября и собрал многочисленных зрителей. Начался со спектакля «Гуарапский писарь» (по рассказу Михаила Бгажба) – замечательная маленькая картинка из прошлой жизни абхазского народа. По словам театрального критика О. Пивоварова, «сделано скупыми, емкими, выразительными средствами, и напомнило мне Феллини». Закончился спектакль для зрителя неожиданно быстро. Как все, подумала, только стали разворачиваться события, и конец. Но, откланявшись, артисты продолжили действо. Теперь начался спектакль Фазиля Искандера «Махаз». Спектаклю 20 лет, а он не устаревает.

Весело, смешно, жизненно.

После спектакля состоялась короткая беседа с главным режиссером театра Валерием Михайловичем Кове.

Его вскоре позвали открывать вечер, и беседа была очень короткой.

Только и успел ответить на вопрос, почему такие короткие спектакли: «Это наш принцип, ставим спектакли, в основном одноактные». Но что нужно зрителю, пояснения режиссера или сам спектакль? Конечно, последнее. И пояснять особенно не надо, если с таким юмором рассказывают о семейной жизни, детях и их проблемах, а юмор – это бесценное природное лекарство, значит, народ жив и здоров.

Хотелось ли мне увидеть что-то серьезное о современной жизни Абхазии? Не скрою, хотелось, но о недавнем ставить сложно, все еще болит, а показывать боль на сцене – дело неблагодарное. Смеялась вместе со всеми. Пришла домой и стала искать книгу Искандера.

После спектакля началось незабываемое действо – абхазское застолье. Приветствовали замечательное собрание – абхазских и петербургских артистов, руководителей фестиваля, земляков известные в Петербурге абхазы Р. Айба и Б. Аджинджал. С приветствиями выступили представители адыгской диаспоры Б. Хамхоков, греческой – И. Кассиди, ингушской – Х. Цокиев и другие. После торжественного разрезания капустного пирога главным режиссером М. Кове начались песни, танцы, словно вживую в Абхазию перенеслась.

А бывала я в Абхазии не раз, но самая памятная поездка – командировка на 10-летие окончания войны в 2003 году. Меня в Абхазию отправила абхазская диаспора Петербурга. Посмотри, напиши. Я тогда издавала журнал «Петербург национальный», и после командировки на его страницах появился большой очерк об Абхазии послевоенной, полный отчет о военном параде, который открывала колонна инвалидов на колясках, интервью с вице-президентом, рассказ о встречах с простыми абхазами – участниками грузино-абхазской войны. Люди, с которыми познакомилась в те дни в Абхазии, стали моими друзьями, и нынешний приезд – на свадьбу – по их приглашению.

Первый абхаз, с которым я познакомилась в Ленинграде сразу после окончания университета, – Рауф Тархунович Айба, мы работали на сталепрокатном заводе, я – в газете «Металлург», он – начальником железнодорожного участка. В 90-е годы мой знакомый стал известным человеком в Петербурге, выступал по радио, телевидению, рассказывал о том, о чем многие издания не решались, – всю правду о грузино-абхазской войне. Главное, он развернул бурную деятельность по оказанию помощи абхазам, раненым, по сбору медикаментов. И когда началась экономическая блокада Абхазии, делал многое, чтобы наладить народную дипломатию. Она состояла в том, чтобы вопреки всему российские предприятия продолжали сотрудничать с абхазскими. И они продолжали. Вспоминаю покойного Артура Энфенджяна, директора Северо-Западного государственного производственного протезно-ортопедического объединения, назначенного Президентом Абхазии Владиславом Ардзинба полномочным представителем республики в нашем городе, и, конечно, Бочу Аджинджал, который в те годы активно выступал в СМИ и рассказывал об Абхазии. Благодаря этому неутомимому абхазу узнала и о князе Чачба, и об искусстве Абхазии, ее истории. А сколько тогда книг вышло благодаря деятельности этих людей! «Россия. Кавказ. Абхазия», «Абхазия – де-факто или Грузия де-юре?», книги о сценографе А.Чачба и многие другие. Особенно ценный документ – книга «Геноцид абхазов», в которой собраны все газетные публикации того времени о войне 1992-93 гг. Бесценный, на мой взгляд, документ. Книги по истории Абхазии были особенно актуальны, ведь многие не знали, что Абхазия самостоятельно в 1810 году вошла в Российскую империю и что она с 1922-го по 1931 год входила в состав СССР как Республика Абхазия. После прочтения этих книг все становилось на свои места, а «самозванная республика», как ее представляла грузинская пропаганда, в глазах петербуржцев приобретала своих сторонников и доброжелателей.

Потом стали поступать новости повеселее. В Петербурге открылась абхазская воскресная школа, организован абхазский детский ансамбль, в Союзе художников состоялась выставка абхазских художников. В 2004 году установлена Памятная плита на Пискаревском кладбище защитникам блокадного Ленинграда – уроженцам Абхазии. И вот теперь гастроли театра. Для меня это все события знаковые. Мир приходит на абхазскую землю. Незабываемы дни, когда Россия признала Абхазию. Помню, как я, несмотря на позднее время, звонила Айба и Аджинджал, чтобы поздравить их.

Вспоминая этих людей, думаю о том, какое важное значение имеют человеческие контакты и как много человек-патриот может сделать вопреки официальной политике. И история взаимоотношений России и Абхазии это хорошо демонстрирует. Такие, как Айба, Энфенджян, Аджинджал, смогли повернуть общественное мнение, донести правду до простых людей. И, наверное, об этом когда-нибудь напишут пьесы, поставят спектакли, возможно, веселые, потому что это, по-моему, в контексте абхазского характера – неунывающего, терпеливого до определенного предела и взрывного, когда предел пройден, непосредственного и наивного, удивительно гостеприимного и любвеобильного. Все это пришло мне на память после просмотра спектакля Абхазского театра, и я думаю, что все поняла правильно, хотя, возможно, при переводе на русский язык пропадают нюансы и тонкости. Но, буду надеяться, главное я поняла.

Ирина СЕЛИВАНОВА,

Санкт-Петербург На снимке: сцена из спектакля «Махаз»


Номер:  116
Выпуск:  2717
Рубрика:  общество
Автор:  Ирина СЕЛИВАНОВА

Возврат к списку