Рубрики

«НЕМНОГО О МНОГОМ»: РЕПЛИКА НА ОДНУ СТАТЬЮ ИЗ СБОРНИКА 17.09.2019

«НЕМНОГО О МНОГОМ»: РЕПЛИКА НА ОДНУ СТАТЬЮ ИЗ СБОРНИКА

Недавно увидел свет сборник тематически разноплановых, в основном ранее опубликованных (к сожалению, не везде имеются четкие указания первоисточника) статей (иногда дополненных) М.К. Хотелашвили–Инал-ипа «История и этнография Абхазии» (496 с.), руки которой долгие годы работы в Абгосмузее соприкасались с материальной культурой абхазского народа. Сборник сопровождают известные фамилии – автора предисловия, главного редактора, четырех рецензентов, специалистов в своих областях.

Отдавая должную дань этому сборнику, вместе с тем хочу сделать некоторые ремарки на впервые изданную в сборнике статью «Еще раз о Келасурской стене, а вернее, Великой Абхазской стене (Апсуаа рбаа-ду)», с. 296 – 337, ибо в ней автор часто незаслуженно не обходит «особым вниманием» меня, а главное, моего коллегу Юрия Воронова (его давно нет вместе с нами), который около полувека назад с шагомером прошел около 100 км стены, впервые нанеся ее всю на карту – вместе с 279 планами башен, с указанием их фронта, тем самым еще больше повысив существовавший задолго до него огромный интерес к этому замечательному наследию прошлого. Без его работы вряд ли бы вышла данная статья, которая порой уводит от основной темы с помощью исторических, археологических, этимологических, топонимических и этнографических отвлечений, а затем снова, как бы после неудавшейся джазовой импровизации, возвращается к ней, естественно, уже с несколько видоизмененной репризой.

А мои ремарки следующие:

1. В Синайской рукописи Х в., не ровеснице данного памятника, фрагмент которой приводится в данной статье на с. 329, говорится, что «персы возвели также стену Клисуры, когда они строили ворота в Осетии…», при этом не говорится конкретно о месте, где построили «стену Клисуры». Согласно тексту Х в., она могла быть построена только после 523 г., т.е. упразднения персами Картлийского царства, когда Византия в отместку им способствовала официальному принятию христианства в Лазике (523 г.), Апсилии (конец 20-х – начало 30-х годов VI в.), Мисиминии (556 г.) и Абасгии (к 548г.).

Клисура после Синайской рукописи, согласно Джуаншеру (XIв.), упоминается как пограничная оборонительная система уже в V в., и она играла важную роль во взаимоотношениях Вахтанга Горгасала (около 456–503 гг.) с византийским императором Львом (457–474 гг.). Джуаншер упоминает Клисуру 7 раз, причем дважды как границу «Греции и Картли» (говоря современным языком, Абхазии и Грузии), которую обычно большинство комментаторов связывает по созвучию с рекой Келасур. Вслед за Ю. Вороновым я выступил против подобной локализации, ибо тогда основная часть Апсилии вместе со знаменитой цебельдинской культурой в V–VIII вв. автоматически бы отходила к Лазике. В любом случае, если считать строителями византийцев или персов делить на две части Апсилию в VIв. некорректно. Та же Клисура упоминается Джуаншером в связи с нашествием арабов в VIII в. и была расположена в районе, как мы считаем, Цихе-Годжи–Археополиса (Нокалакеви в Лазике), аналогом которого является крепость Тцибила (Цабал) в Апсилии.

2. «Клейсуры» Прокопия (скорее всего, это название перекликается с Клисурой Джуаншера) были построены Юстинианом в VI в. против персов и их северокавказских союзников в Лазике (Джуаншер знал об этом), в Апсилии, Мисиминии, Авасгии, даже в Армении и составили условно внутренний «Кавказский лимес». Это вполне нормальные крепости: Археополис, Тцибила, Тцахир, Трахея и т.д., а далеко не «постройки временных фортификационных сооружений…», как, со ссылкой на работу В. Леквинадзе почти полувековой давности, считает в своей статье на с. 310 М.К. Хотелашвили-Инал-ипа. Позднее, в VIII в., Феофан Хронограф писал, что аланы в связи с детективной историей, связанной с псевдозаложничеством Льва Исавра в 711 г., внезапно вторглись в «авасгские клисуры: многих взяли в плен, а страну опустошили».

3. Легко рассуждать по данной проблеме, сидя в кабинете, как это сделал в свое время М. Гунба, на которого ссылается автор данной статьи, не разобравшись в карте Келасурской стены, составленной Ю. Вороновым в полевых условиях, и посчитал возможным усомниться в направлении фронта башен. Чаще всего сначала возводились башни, а затем между ними встраивалась стена. Часть из них имеет бойницы для огнестрельного оружия. Кстати, М.Гунба является одним из тех, кто проводит границу между Абхазией и Грузией в VI в. по реке Келасур и по Келасурской стене. Правда, автор рассматриваемой статьи не приемлет границу по реке, а видит ее по поперечной стене, поэтому данное мнение выглядит каким-то неопределенным.

4. Действительно, я раньше датировал Келасурскую стену VI в., приписывая ее строительство византийцам. Потом у меня изменилось мнение, но я никогда конкретно не датировал стену XVII в., как мне инкриминируется в рассматриваемой статье, о чем, обещаю, смогу поговорить более предметно после археологических раскопок, которые уже ведутся.

5. В статье порой (скорее всего, из-за личностного отношения к Ю. Воронову) автор в пылу критики приписывает нам то, чего не было на самом деле. Например, на стр. 310 написано, будто бы я и он в 2000 г. собрали подъемный материал у трех башен Келасурской стены на Багбаранском участке позднесредневекового времени. Извините, но это мы сделали полвека назад, ибо в 2000 году Ю. Воронова, к сожалению, не было в живых – к тому времени уже прошло 5 лет, как его убили враги абхазского народа, и мы не собрали «подъемный материал», а полностью раскопали внутри не три, а две башни без фундамента. Сам материал сравним с керамикой, ранее найденной краеведами В. Орелкиным и В. Юшиным у Приморской башни № 1 Келасурской стены, который включал в себя, в частности, фрагменты поливной керамики зеленого цвета и пифосов, украшенных вдавлениями пальцев по налетному валику, как на Замке Баграта (XI–XII вв.). Это были первые раскопки двух башен, № 47 и № 51 (если не считать керамики XI–XIII вв.из шурфов А. Миллера 1907 г., на уровне фундамента Приморской башни № 1, о чем в статье ничего не говорится), с разрезами и археологическим материалом, которые опубликованы в нашей с Ю. Вороновым совместной книге «Памятники села Герзеул и его окрестностей», Сухум, 1980, на которую нет ссылки в данной статье. Кстати, статью М.Хотелашвили-Инал-ипа с персидской версией естественней было бы вообще опубликовать вскоре после работ З. Алексидзе и Л. Хрушковой, ибо, насколько я знаю, она написана автором давно, даже было желание прочитать доклад на ежегодной сессии Абхазского института, но что-то помешало.

6. Главное – исторически трудно обосновать такую бурную строительную деятельность персов в Апсилии и Мисиминии шестого века. Здесь персы были мимолетно (в 550 г., летом, несколько месяцев в Апсилии и в 555–556 г. полгода в Мисиминии). Вообще, древнеабхазские племена, особенно апсилы, являлись союзниками византийцев, на них распространялась сфера их владычества. Основной театр боев с персами у них происходил как раз именно в Лазике, где были и клисуры Юстиниана. За такое короткое время персы вряд ли могли построить Келасурскую стену в Апсилии, которая абсолютно не напоминает по кладке Дербентскую стену в Дагестане – сам видел.

7. Пока Келасурская стена в главных своих узловых частях по всей длине не будет раскопана археологами, – а раскопки уже несколько последних лет ведутся, – я воздерживаюсь что-либо говорить, ибо время различных гипотез уже прошло, а их и так очень много. Персидских материалов по Келасурской стене археологами пока, увы, не найдено, ибо если бы персы даже находились здесь в течение 9 лет (между 562 и 571 гг.), как написано в статье, то они что-то свое оставили бы у данной стены, которую будто бы строили. Но персов в Апсилии в это время, скорее всего, не было. Ведь в Тцибиле (Цабале), будучи летом пару месяцев у нас, они оставили в башне № 2, где апсилы устроили персам бойню, монету Кавада II и железный конский панцирный набор, т.е. сведения письменного источника (550 г.) подтвердились археологами.

8. Что же касается мало увязываемой с темой стены локализации автором крепости мисимиан Тцахар в Адзгаре, то мне это представляется большим преувеличением, даже со ссылкой на Ш.Д. Инал-ипа. Ибо, по Агафию, тогда пламя сожженного Дакиком по приказу его полководца Мартына Тцахара, который по болезни остался в крепости Цабал и с удовольствием оттуда наблюдал за происходящим, должно было быть высотой более 1,5 км из-за закрывавшей панораму близлежащей горы. А это, мягко говоря, маловероятно.

Тем не менее, вместе со всем сказанным, выход данного сборника считаю полезным.

Олег БГАЖБА, археолог, заслуженный деятель науки Республики Абхазия


Номер:  96
Выпуск:  3836
Рубрика:  общество
Автор:  Олег БГАЖБА, археолог, заслуженный деятель науки Республики Абхазия

Возврат к списку