Главная

04.04.2011

Граница неизменна – по реке Псоу

В Москве закончилась четырехдневная встреча двусторонней комиссии по делимитации Государственной границы между Российской Федерацией и Республикой Абхазия. По приезде в Абхазию эксклюзивное интервью газете «РА» дал руководитель абхазской делегации, депутат Парламента РА Валерий Кварчия.

– Почему первое заседание комиссии прошло именно в Москве?

– Эта встреча не была первой. Первая состоялась в Сухуме 1 декабря прошлого года. Тогда обсуждались организационные вопросы – что мы должны положить в основу делимитации границ, как и кто за что будет отвечать, какими картами (и каких масштабов) будем пользоваться и т.д. И вот настало время провести второй раунд переговоров. Еще в Сухуме мы просили российскую сторону, учитывая, что впервые как независимое государство будем заниматься этой проблемой, представить свой вариант описания границы, чтобы нам легче было подготовиться к встрече, подобрать соответствующие материалы. И они пошли нам навстречу.

– Какой был уровень переговоров?

– Они проходили в МИДе Российской Федерации. Комиссия российской стороны называется: «Делегация Российской Федерации по делимитации государственной границы и разграничении морских пространств между Российской Федерацией и Республикой Абхазия». Ее руководителем был начальник отдела МИДа по границам СНГ, входят в неё 18 человек, в том числе представители ФСБ, Минобороны, представители сопредельных с Абхазией территорий (Карачаево-Черкесии, Краснодарского края), специалисты по землеустройству и т.д. Почти все они и приезжали в декабре в Абхазию. В нашу комиссию входят также 18 человек, но в переговорах принимали участие 12 человек.

– Кто формировал составы комиссий?

– Кто в России – не знаю, а нашу комиссию формировал Президент Багапш.

– Абхазской стороне известно, кто лоббировал вопрос границы в российских кругах?

– После того, как не стало СССР, Россия занимается делимитацией собственных границ, и процесс этот не закончен. Российская граница велика, и один из небольших ее участков проходит вдоль Абхазии. Возможно, им этот вопрос хотелось быстрей решить в связи с предстоящей Олимпиадой. Мы тоже должны определяться после нашего признания. Все это нормально. Другое дело – понимание каких-то отдельных спорных моментов, которые возникли еще гораздо раньше – в 1999 году. Некий бизнесмен Брагин и один из местных депутатов города Сочи выступили с претензией, что Абхазия препятствует использованию чуть ли не исконно принадлежащих им земель – поселка Аибга и целого лесного массива в верхней зоне Гагрского района, опубликовали целый ряд статей в сочинских газетах, они также обратились к руководству Российской Федерации, чтобы те разобрались и создали возможность для беспрепятственной деятельности сочинцев в этом регионе. Копия этого письма была переслана в Абхазию Владиславу Ардзинба. И он дал команду главе Гагрской Администрации разобраться в притязаниях сочинцев. Словом, с тех пор этот вопрос муссируется сочинцами, прежде всего, и Краснодарским краем. Тогда как до этого не было никаких споров. В советские годы было время, когда сочинцы отчитывались перед Гагрским районом и перед Абхазией о «запредельном землепользовании» на территории Гагрского района, определялись площади, которыми им разрешалось пользоваться. Но это другая история.

И сейчас в связи с делимитацией границы вопрос Аибги возник вновь, и не самого поселка, а речь идет о 16 тысячах гектарах, или 160 квадратных километрах, о которых говорят и в прессе.

В первом протоколе встречи в Москве мы определили, на какие основные документы мы должны опираться при делимитации границы, что является границей Абхазии и России на сегодняшний день и т.д. Все это не очень совпадало с российским вариантом описания, и в связи с этим были дебаты. В конечном итоге были преодолены разночтения, и обеими сторонами заново зафиксировано, что руководствуемся законодательными актами бывшего СССР, на основе которых были сформированы границы, подкрепленные данными карт – административных, лесных, топографических и т.д., где четко проведена линия между Россией и Абхазией, и это не может ставиться под сомнение. Главное в том, что протоколом закрепили положение о том, что граница между Россией и Абхазией проходит по реке Псоу от ее устья до истока. В результате этого вопрос о верхней части Гагрского района отпадает сам по себе. Кроме прохождения границы в районе поселка Аибга. Мы пришли к пониманию того, что необходимо отдельно, при следующей встрече, вернуться к этому участку границы.

– А почему пришлось выделять участок в поселке, если пришли к тому, что граница идет по реке Псоу? Ведь Аибга находится по левой стороне реки!

– Члены нашей делегации думали, что начнем с обсуждения ситуации именно вокруг Аибги. Но когда мы получили совсем другое описание, где речь идет не только о поселке Аибга, но и обо всей верхней части Гагрского района, мы вынуждены были этот вопрос отложить. Отложить также вопрос о границе по морю, пока не договоримся по прохождению границы по реке. И я думаю, что это правильно. Так что при следующей встрече разговор будет именно о границе в районе поселка Аибга и о морской границе. Главное – не преподносить общественности ход переговоров так, будто кто-то у кого-то что-то выиграл. Выиграли обе стороны – тем что, изучив все постановления СССР, историю вопроса, мы теперь имеем основание работать дальше плодотворно.

– Если были претензии к Абхазии, то не является это, наряду с другими факторами, также и нашим упущением по обустройству инфраструктуры в поселке Аибга, где в основном жили русские?

– Мы без внимания Аибгу не оставляли. Когда этот поселок оставляли в 1929 году в составе Сочинского района, не было связи его с основной частью Абхазии – дорог не было, мостов не было, вот почему именно так и пришлось тогда решить вопрос, и в Постановлении того времени все эти причины оговариваются, как оговаривается и необходимость для жителей поселка пользоваться пастбищами, но территориально пастбища относятся к Абхазии. Именно поэтому сочинцы, как я уже сказал, отчитывались перед гагрским руководством о «запредельном землепользовании» этой территорией. Были, может быть, и промежуточные материалы, но мы их не имеем.

В завершение вашего вопроса. Раньше дорога к поселку Аибга шла по абхазской стороне, потом переходила на российскую сторону по правому берегу Псоу и шла дальше вдоль реки вверх, а там через мостик – в поселок. В 60-х годах абхазская сторона начала протестовать против нарушений правил рубки леса сочинцами на Аибге и вокруг неё и сама стала разрабатывать там лес, построили дорогу прямо к Аибге – всю по левому берегу, то есть по территории Абхазии. Она и сейчас существует, правда, не асфальтированная. Что касается населения поселка, то, как говорят, зимовали там сейчас две семьи, а летом было всего 12 человек. По данным же российской стороны, в Аибге прописаны и проживают более 300 человек. Возможно, и прописаны, но никто не живет.

– Вам было известно, что предстояло обсуждение и морских границ с Россией?

– Повестку дня мы формировали на месте.

– Не будет ли специального постановления Парламента РА о неприкосновенности границ Абхазии?

– Есть Закон о государственной границе Российской Федерации, есть Закон о государственной границе Республики Абхазия, в которых четко, на основе международных соглашений определяется, что является границей (это – существовавшие границы СССР, подкрепленные законодательными актами бывшей СССР, данными карт), что границы нерушимы и т.д. Только оказалось разночтение первоисточников, хотя четко по картам уже определена граница России и Абхазии.

– В связи с этим не считаете ли вы, что это меркантильный вопрос, что некие люди, тем более что всплывает имя бизнесмена, на этих территориях хотят заработать?

– Я убежден, что вопрос возник именно из-за этих интересов. Несколько человек, жителей или граждан Сочи подняли его, создали общественное мнение, повторяю, не соответствующими действительности публикациями и после этого официально обратились к руководителям Российской Федерации. Какая была там реакция, не знаю, но с 1999 года этот вопрос периодически высвечивался. Мы там, в Москве, узнали, что якобы руководство Краснодарского края приняло в одностороннем порядке решение о том, что эти земли, о которых мы спорили, являются принадлежностью Краснодарского края. Мы этого документа не видели, но он не имеет никакого юридического значения.

– А они не думали, что это бьет по имиджу России? Тогда и сейчас, когда она признала Абхазию. Одной рукой признает, а другой отбирает? Именно об этом говорят в прессе и в народе.

– И я, и все члены абхазской комиссии глубоко убеждены, что этот вопрос не исходит от первых лиц руководства Российской Федерации. Они бы не предъявили такую необоснованную претензию при тех отношениях, которые уже сложились у нас с Россией: она нас первой признала, мы опираемся на ее помощь, мы с ней стратегические союзники… Да и в преддверии Олимпиады этот вопрос странно выглядит, и трудно объяснить, как можно его ставить. Вот и думаешь о меркантильном интересе, о лоббировании его со стороны тех, кто мало заботится и об имидже своей страны, и об интересах своих соседей. Поэтому после совместных обсуждений, объяснений, обоснований мы и пришли к мнению, что границей является именно река Псоу.


Номер:  36
Выпуск:  2637
Рубрика:  политика
Автор:  Интервью вела Заира ЦВИЖБА

Возврат к списку