Цель и задачи их беседы – озвучить и сегодняшние успехи, и каждодневные поиски творческого коллектива, не оставить без должного и серьезного внимания его заботы, проблемы, надежды и, что сегодня самое завлекающее в разговоре, сделать акцент на новую, очень актуальную тему, которая стала не просто желаемой, превалирующей в череде музыкально-певческих будней, а остро волнующей и худрука, и директора, и весь состав капеллы (но об этом подробнее чуть ниже). И обо всем этом рассказать со страниц газеты ее читателям, а, значит, ввести в курс дела и жителей Абхазии.
– Нодар Викторович, сколько времени вы руководите капеллой?
– С ХХ века я в контакте с нашей Государственной хоровой капеллой. В 1985 году пришёл сюда, с 86-го – художественный руководитель и главный дирижёр. Да, были у нас и расставания. Но я всё равно возвращался. Капелла «родилась» в 1969 году, из первого ее состава в коллективе до сих пор являются замечательными солистами Руслан Габлия и Рита Барганджия. Сейчас в коллективе около сорока человек. Он обновился почти полностью. Много талантливой молодёжи. К себе принимаем, даже если кто-то не имеет музыкального образования, сами научим. Лишь бы было кого учить.
В наших традициях постоянное обновление репертуара. Основу, естественно, составляет абхазская музыка – это народные песни, произведения абхазских композиторов и, безусловно, мировая классика. Но дело в том, что абхазских композиторов, пишущих сегодня классическую музыку, практически нет. Сегодня авторы классической музыки только Пётр Петров и я. В репертуаре – давние работы Чичба, Гумба, Ченгелия, Аджапуа… Катастрофическая ситуация. В советское время у нас было значительно ярче. Далее. Чтобы капелла могла исполнить произведения, их надо аранжировать, а сделать это – некому. Все аранжировки – тоже на мне. Это не только очень печально, но создает серьезные трудности в творческой работе. В Германии живёт Хибла Амичба, она сочиняет музыку, начала писать хоровую по нашим рекомендациям. Мы уже исполняем её сочинения, сейчас в репертуаре их два. Рассчитываем, что будут ещё. Постоянно приходится находиться в поиске талантливой молодежи. Два с половиной года назад нашёл в очамчырской школе Гудису Кучуберия, мальчик способный, но без музыкального образования. После окончания школы взяли его в капеллу. Он и поёт, и сочиняет музыку и стихи. Сейчас он уже на третьем курсе музыкального училища. Кем будет? Певцом, композитором, дирижёром? Все три специальности прекрасны. Самородок!
Нодар Чанба и Хибла Возба говорят, что, вне всякого сомнения, внимания такому важному объекту национальной абхазской культуры, как Государственная хоровая капелла, со стороны Министерства культуры, да и всего руководства страны должно быть намного больше.
А в подтверждение значимости деятельности капеллы ее руководители рассказывают о состоявшемся уже в нынешнем году гастрольном туре капеллы, называвшемся «Музыкальные мосты Абхазии и России». Программы были исполнены в Нижнем Новгороде на ХIХ Всероссийском хоровом соборе и в концертном зале Новгородского хорового колледжа им. Сивухина, в Москве в Зале церковных соборов храма Христа Спасителя и в концертном зале Всероссийского музея декоративного искусства. Выступления абхазской капеллы везде вызвали восторженные отклики слушателей.
– Эти концерты мне очень запомнились, потому что для меня это были первые ответственные гастрольные обязанности в роли директора Государственной капеллы, и я очень волновалась, а еще потому, что в московском концерте приняли участие давние и большие друзья Абхазии, российские музыканты, – говорит Хибла. – Это – главный приглашённый дирижёр нашей капеллы, заслуженный деятель искусств России, заслуженный артист Абхазии, профессор Александр Соловьёв и виолончелист Александр Князев, которого называют «вторым после Ростроповича и одним из самых харизматичных современных исполнителей». Это было необыкновенно! А виолончель, на которой играл Александр Князев – совершенно уникальный инструмент итальянского мастера Карло Бергонци, коллекционный, год его «рождения» – 1733-й. Она хранится в Москве в музее М.Глинки. И только на время концертной деятельности музыканта выдается, естественно, далеко не каждому, под расписку. Александр Князев пользуется этим инструментом, а когда контракт заканчивается, возвращает его в музей.
– На ваш взгляд, Нодар Викторович, как коллектив капеллы отнесся к своему новому директору Хибле Баталовне, которая так трепетно воспринимает свои полномочия?
– По-моему, в истории капеллы такого еще не было – принятие с первого дня. Одно дело, когда приходит руководитель, которого не знают, и все на что-то надеются. Здесь же получилось другое. Все знают активность, энергичность Хиблы, ее преданность творческим поискам и их масштабность. Замечательные, познавательные, красивые встречи, организуемые ею на сухумской платформе «Гума», востребованы, полюбились в Абхазии. К тому же сама Хибла не скрывает того, что серьезным мотивом для нее прийти работать в капеллу стало и то, что она полностью поддерживает мое давнее убеждение о целебном воздействии абхазского национального пения на здоровье человека и мою мечту – претворить это в жизнь. И хочет принять участие в реализации этих моих планов и настроя. Об этом хорошо знают и в капелле. Поэтому контакты и взаимопонимание у нас в коллективе всегда самые добрые.
– Я так понимаю, что речь идет о той самой теме, актуальной и остро волнующей, о претворении в жизнь которой мечтает весь коллектив. И именно об этом говорилось в самом начале нашей встречи.
– Это так. И давайте поговорим об этом нашем проекте-мечте более профессионально и конкретно. Идея связана с тем, чтобы получить научное обоснование своему убеждению – абхазские целительные, целебные песни, как их называют, действительно положительно влияют на процессы выздоровления и оздоровления людей, обладают выраженным культурно-целительным потенциалом. Так, песни лечебные (целительные) направлены на заживление ран, облегчение боли; героические – на мобилизацию духа, восстановление воинов после ранений и эмоциональных нагрузок; трудовые – на повышение выносливости. Мы уже обратились к разным научным центрам России с просьбой о проведении соответствующих исследований, и несколько из них откликнулись, проявили заинтересованность. Среди них Институт психиатрии и психологии, Научно-исследовательский центр курортологии и реабилитации Минздрава России. Со специалистами Института курортологии сразу завязалась деловая переписка. Они попросили (а это – соблюдение необходимого протокола), чтобы Минздрав Абхазии официально обратился в Минздрав России со своим предложением, и уже тогда Минздрав России сможет действовать, потому что это международный и мультидисциплинарный проект. Когда мы говорим о музыке, о культуре, о медицине, о науке в их сочетании, то это и есть междисциплинарный проект. Мы в самом начале пути и говорим о научном эксперименте с использованием различного оборудования, чтобы измерить реакцию и дирижёра, и слушателей, и самих исполнителей на влияние лечебных песен уже на пациентов в процессе медицинской реабилитации. Параллельно возникает реальность возвращения Абхазии славы Всесоюзной круглогодичной здравницы, каковой она раньше была. Если мы получим доказательства, что пение влияет на здоровье положительно, а мы убеждены, что так и будет, не зря же абхазцы пели эти песни столетиями, то тогда песнопения можно сделать частью курортной терапии, создать реабилитационный центр, который круглый год будет оздоравливать людей. Это может заинтересовать и большую науку. Сейчас же у нас, к сожалению, просто сезонный туризм. А в Абхазии был Институт курортологии и эффективно действовал. Он расформирован и передан на баланс Научно-исследовательского Института экспериментальной патологии и терапии (НИИЭПИТ). Планируем связаться с этим нашим очень уважаемым научным учреждением, ведь необходимо, чтобы с абхазской стороны научную составляющую проекта курировали профессионалы – эксперты-медики, которыми славится НИИЭПИТ. Озвучивая сегодня этот наш проект, мы начинаем путешествие в тысячи шагов, начинаем его вот с этого маленького шага. Но это может стать действительно потрясающим межгосударственным, междисциплинарным проектом, который абхазскую музыку выведет на мировой уровень. Понятно, что на реализацию проекта нужны большие финансы. Но у нас пока их нет. Для того, чтобы их привлечь, нужно информационно этот проект подавать, рекламировать и в Абхазии, и в России. В этом сегодня наша задача.
Говоря о воздействии музыки на человека, Нодар Викторович подчеркнул весомый вклад директора капеллы Хиблы Баталовны в возобновление концертов Государственной капеллы в Новоафонской пещере. Такой концерт там тоже может быть оздоровительным. Капелла много лет выступала там. Но после грузино-абхазской войны это было приостановлено. Сейчас в капелле смогли выстроить такую схему выступлений, что это интересно и руководству самой капеллы, и руководству пещеры, и, самое главное, слушателям. И поет теперь капелла в другом зале, что во всех смыслах более привлекательно.
Помимо этого глобального плана есть и другие планы и мечты. Одна из давних – создание хоровой детской капеллы. В этом году, график уже составлен, начнутся прослушивания в школах в поисках талантливых детей, – рассказывают мне руководители капеллы, подчеркивая, что рассчитывают и на конкретное содействие со стороны руководства местных администраций.
– И еще наше начинание, – не без заметной гордости говорят Нодар Чанба и Хибла Возба, – это – нововведение в наши творческие будни. Уже с марта, один раз в месяц, мы будем делать День открытых дверей капеллы. Будем анонсировать у себя на страницах в соцсетях, и люди, прочитав об этом, смогут приходить на репетиции капеллы. А здесь можно будет услышать не только пение, но и мнения о культуре вообще, о классической музыке и, конечно, об абхазском песнопении, об абхазском музыкальном искусстве. Запланировано также сотрудничество с факультетом искусств Абхазского государственного университета и даже проведение совместных мероприятий с художниками.
Министерству культуры Абхазии руководство Государственной капеллы республики уже отправило план мероприятий на 2026 год.
Такие вот будни у нашей Государственной хоровой капеллы. Многоплановые, интересные, насыщенные, активные. И полные энтузиазма, действий, надежд и сил претворить их в жизнь.
Реальных достижений на этом пути!
