Даур Капитонович Начкебиа – один из видных мастеров современной абхазской прозы. В его лице мы имеем на редкость талантливого писателя, заметно углубившего психологическую направленность нашей отечественной литературы, внёсшего значительный вклад в развитие жанров рассказа и романа. Сборник рассказов «Дерево» (2005) достаточно колоритно отразил в своё время характер новых стилевых исканий писателя.

Пишет Даур великолепно на абхазском и русском языках. Такие проявления двуязычия, с моей точки зрения, созвучны с мыслью Искандера о перекрёстном опылении культур. Его роман «Берег ночи» раскрыл нашу Отечественную войну 1992–1993 гг. достаточно многопланово, в непривычных ракурсах, в богатой художественной ткани текста мастерски совмещены разные стилевые приёмы, в том числе мифопоэтические модели и притчевое начало. И это не удивительно, потому что Даур Начкебиа хорошо знаком с лучшими произведениями мировой литературы, и, в известной степени, такой энциклопедический уровень, эрудиция позволяют ему внести в современную абхазскую прозу новые технологии литературного ремесла. В этом смысле личность и стиль Начкебиа в чём-то ассоциируются с универсализмом мышления выдающегося аргентинского писателя, постмодерниста, предтечи магического реализма Борхеса. Главное – Даур не скован традиционными канонами, стереотипами устоявшихся форм. Он уверенно и достаточно виртуозно преодолевает железную устойчивость традиций. И в этом контексте, на мой взгляд, он продолжает и преумножает сквозную линию художественных рефлексий Алексея Гогуа через призму «абхазского потока сознания», ставшего давно уже частью национального философского миросозерцания.

Умело трансформируя свои мифы и притчи, мы ничуть не принижаем их ценностную значимость, наоборот, этими способами углубляем и подчёркиваем свою этно-культурную самобытность и идентичность. В этом плане достойны высокой оценки достижения Фазиля Искандера и Даура Зантария.

65 лет – это тот прекрасный возраст, который открывает перед писателем новые горизонты и шансы для переосмысления житейского опыта и своих художественных познаний. Гёте окончил вторую часть «Фауста» в возрасте 82 лет. Так что всё еще впереди, как говорится.

Не знаю, в тиши ли родных пенатов легендарного Пакуаша или собственной сухумской библиотеки, но наш прозаик обязан раскрыть абхазскому читателю ещё какие-то неведомые грани абхазского романа, рассказа, новеллы. Мы, благодаря высокому таланту ряда крупных мастеров абхазской словесности, не оказались в XX и XXI веках на задворках мировой литературы. Думаю, прорыв продолжится, будоража окружающий мир новшествами и дерзкими творческими экспериментами.

Я не стал говорить о публицистической и общественной деятельности писателя. Эту информацию несложно почерпнуть из различных сайтов и порталов. Считаю, что читателю важнее знать больше о характерных особенностях художественного творчества мастера.

Желаю своему коллеге крепкого здоровья, бодрости духа, творческого долголетия, новых ярких литературных достижений.

Владимир ЗАНТАРИА,

поэт, прозаик, академик,

председатель Ассоциации писателей Абхазии