Большинство жителей Абхазии знают Нугзара Нуриевича Ашуба как государственного деятеля, Спикера Народного Собрания – Парламента Республики Абхазия (на этой должности он проработал много лет), представители зрелого поколения помнят его первым секретарем Очамчирского районного и Абхазского областного комитетов комсомола, министром культуры Абхазской АССР.
– А ведь я прежде всего крестьянский сын, – с улыбкой говорит Нугзар Нуриевич. – И с раннего детства знаком с традиционным хозяйством. Нас, детей, в семье было четверо. Три сестры и я. Обязанностей у меня было немало – присматривать за курами, индюшками, низать табак, по осени именно мне доверяли гнать чачу. Я обожал это время, ведь оно совпадало со сбором кукурузы. Я выкладывал спелые початки на угли, следил, чтобы равномерно поджаривались со всех сторон, и при этом сохранялся сок… Приходили старики-соседи, и я, как взрослый, угощал их свежайшим первачем…
В хозяйстве отца, Нури Ашуба, винограда было много, большая его часть обвивала стволы ольхи.
– Когда приходила пора собирать урожай, приглашали помощников. После того как все имеющиеся в хозяйстве емкости были заполнены, помогавшие нам в сборе на нескольких повозках увозили непоместившиеся грозди. Помимо местного сорта «акачыч» у нас на участке росли еще «изабелла», «франгула» (судя по всему, французского происхождения) и американский сорт «ноа» из семейства Изабеллы, но белый.
Отец всегда сам мял виноград ногами прямо в деревянных корытах, выдолбленных в стволе липы. У нас было таких два – каждое на тонну винограда, снизу – отверстие с пробкой. Когда вино было готово, пробку вынимали и вино сливали.
Помещались емкости в большом сарае в самом сухом месте участка. В одном из углов сарая в землю были закопаны кувшины. Надежное сухое место – очень важное условие, поскольку кувшины гигроскопичные, и если в них проникнет влага, это тут же скажется на качестве вина. Наполняли вином и бочки разного размера, в основном буковые. Бочки мы покупали и импортные, и те, что делали у нас, в бондарном цехе на Гумисте.
Помню слова отца: «Если к сентябрю у крестьянина осталось вино, значит мало гостей он принимал в этом году», – продолжает Нугзар Нуриевич. – Отец не только первым пробудил во мне интерес к виноделию, но и поделился его секретами. Так что я с детства был очарован этим процессом. Став взрослым, познакомился и очень близко общался с Владимиром Николаевичем Ачба. С большим уважением отношусь к этой семье. Важно помнить, что Николай Владимирович – уже после нашей войны – отказался от множества заманчивых предложений, которые делали ему очень небедные люди, предпочел самостоятельно продолжать семейное дело, и тем самым фактически спас отечественное виноделие.
Особые доверительные отношения у меня с выдающимся виноделом Валерием Борисовичем Авидзба.
Когда я был еще государственным служащим, с удовольствием посещал дегустации, которые устраивал в Компании «Вина и Воды Абхазии» Николай Владимирович Ачба. Тогда и стал осознанно подумывать: а не реализовать ли мне мечту детства, связанную с изготовлением вина? А тут как раз в Абхазию завезли сорта винограда из Франции. Я арендовал участок на Гумисте, и в течение нескольких лет сажал по полгектара, ежегодно наращивая площади: французские – «каберне совиньон», «мерло», грузинские – «ркацители» и «цоликаури». В родном селе Гуада посадил крымские и грузинские сорта. А вот наш настоящий «акачыч» найти никак не могу. Тот, что рос у нас в Гуаде, мы, к сожалению, сохранить не смогли. Из местных редких сортов мне удалось посадить Новый ачандарский. Благодаря счастливому знакомству с Людвигом Хагба. Он родом из Ачандары, много лет работал в сфере виноделия в Молдове. Возвратившись домой, обнаружил в Ачандаре местный сорт. Бережно размножил его, назвал Новый ачандарский и высадил на Гумисте. Я взял у него этот виноград и 300 корней посадил на Бзыби. Он отлично прижился, дает урожай, и мы уже производим из него вино.
Нугзар Нуриевич не сомневается, что Абхазия – безусловно в числе мест на земле, которые с полным правом можно считать родиной винограда. Хотя как-то в местечке Монпелье французские коллеги удивились, узнав, какое количество осадков у нас выпадает. Ведь особенность лозы в ее способности найти влагу в самом безводном регионе, и чем сложнее условия произрастания, тем лучше качество вина.
Нугзар Нуриевич знает множество секретов настоящего виноделия, только сам он считает, что все их постичь невозможно, как невозможно постичь все секреты Вселенной. А виноделие – это Вселенная. Не иначе.
Впервые я попробовала вино Нугзара Ашуба на праздновании дня рождения комсомола в октябре прошлого года. И была, признаюсь, потрясена. Это действительно абсолютно чистое натуральное вино. Я стала спрашивать вино Ашуба в магазинах, а его и нет. Оказывается, Нугзар Нуриевич предпочитает продавать вино самостоятельно.
– На Бзыби мы продаем свою продукцию прямо в дегустационном зале. Если гостям понравились наши напитки, они с удовольствием их покупают. Есть у нас магазин в Гагре, два – в Новом Афоне, на Тамышской турбазе, в Сухуме – на улице Адыгейской, рядом с мебельной фабрикой. Есть несколько магазинов на рынке, где тоже можно купить наше вино. Причем в розницу мы продаем по оптовым ценам.
В коллекции Нугзара Ашуба вся продукция натуральная, и вина, наверное, такие же, как когда-то делал его отец. Неслучайно же он называет свою продукцию крестьянской, а занятие свое – хобби, хоть это, конечно, умело и скрупулезно выстроенный бизнес.
– Вы по натуре человек решительный?
– Да, безусловно.
Это проявилось еще в юности, когда он принял решение продолжать учебу, взял на шахте отпуск и, скрыв от родителей (чтобы не волновать), отправился сдавать экзамены в Тбилисский политехнический институт. Или когда в 24 года не спасовал перед ответственностью и возглавил Очамчирский районный комитет комсомола… В начале перестройки, когда стало понятно: надо зарабатывать, взял в долг солидную сумму для закладки теплицы под лимонарий в Гуаде.
– Мы собирали три урожая в год – 40 тонн плодов. Во время войны зима выдалась суровая, теплицы остались без присмотра, деревья погибли.
2001 году он построил собственную чайфабрику, а в 2002-м начался парламентский период его биографии… Он ведь не из тех, кто совмещает государственную службу с предпринимательством.
Но уж если у него открылись новые возможности и появилось время… Его сыновья так о нем говорят: «Если отец уходит с одной работы, то уже на следующий день начинает дело из множества давно задуманных…»
Некоторые вина носят имена его любимых людей. Так, красное полусладкое «Александра» названо в честь внучки, дочери сына Астамура. Ей уже четырнадцать, и она с удовольствием в свободное время приходит помогать в винодельне. Особенно ей нравятся обязанности сомелье, и она уже овладела многими премудростями, которыми поделилась с ней сомелье винодельни Грета Джинджолия.
У одиннадцатилетнего Османа тоже есть вино, названное его именем. Пользуются спросом также вина «Данакай», «Чарирама», белое сухое «Амзара», красное сухое «Гуада», полусладкое «Акяф», десертное «Сухум» (сладкое и крепкое).
– А вот оборудование, с помощью которого мы готовим чачу, – рассказывает Нугзар Нуриевич, показывая мне производственные помещения.
– У нас в ассортименте чача из инжира, из фейхоа, виноградная, «Перцовка по-абхазски» (крепостью 75 градусов), кукурузное виски «Бурбон по-абхазски», фирменный ликер «Лимончелло», «Бальзам ореховый».
Вот, пожалуй, лишь малая толика секретов успеха Нугзара Ашуба, решительного и яркого человека, в биографии которого было всё – крестьянское детство, напитавшее его мудростью, ответственная работа электриком седьмого наивысшего разряда в шахте в Ткварчели на глубине 1500 метров, карьера комсомольского лидера, руководителя Парламента Абхазского государства в его новейшей истории, прекрасного, талантливого и мудрого друга. А сегодня вот у него новый период – драгоценных вин черед.
