В. Терьян получил блестящее для своего времени образование: после окончания Лазаревского института восточных языков в Москве, он продолжил учебу на отделении русского языка и литературы историко-филологического факультета Московского университета, а в 1916 году окончил восточный факультет Петербургского университета.
В. Терьян пользовался глубоким уважением и доверием у В.И. Ленина, назначившего его в конце декабря 1917 года на ответственную должность в системе народного комиссариата по делам национальностей, где создавались национальные комиссариаты и отделы. Комиссариат по армянским делам возглавил Варлам Аванесов, его заместителем стал В. Терьян, выполнявший особые поручения вождя революции. Так, например, «член Коллегии Комиссариата по армянским делам Ваан Терьян, Советом народных комиссаров в качестве советника уполномочен быть внесенным в состав делегации, которая ведет переговоры в Брест-Литовске…» (В.И. Ленин, 11 января 1918 года). Кстати, очень тепло отзывался о Ленине Терьян, называя его «светлым, удивительным и открытым человеком».
Ваан Терьян… Заветное и дорогое для меня имя. И не только потому, что его стихи сопровождают нас со школьной скамьи. Еще и потому, что будучи учеником 10 класса, я, как начинающий юный литератор, в 1974 году имел честь встретиться с дочерью Ваана Терьяна – Нвард Терьян-Эмин, находящейся в Абхазии для сбора материалов о пребывании ее отца на лечении в санатории Кошко. Так, ей удалось найти несколько архивных документов, свидетельствующих о том, что врачи рекомендовали В. Терьяну срочно отправиться в Сухум для лечения туберкулеза. О серьезности своей болезни знал и сам Ваан Терьян. Вот что он пишет 16 января 1917 года своему старшему брату Араму: «Я доживаю последние дни своей жизни… Умереть не больно, но умереть сейчас – это двойная смерть… Сколько незаконченных дел… Все меня обманывают, кроме боли, она душит меня».
В начале февраля В. Терьян приезжает в Сухум. Через несколько дней он пишет председателю Кавказского общества армянских писателей Ованесу Туманяну: «Покорнейше прошу срочно обратиться к местным властям, дабы защитить меня от издевательств доктора Шульца и директора санатория. Не зная здесь никого и будучи больным, я беспомощен, бессилен. Терьян». Благодаря вмешательству многоуважаемого и авторитетного Ованеса Туманяна, отношение врачей к Терьяну в корне меняется. А «издевательства доктора Шульца и директора санатория» над Терьяном, как рассказала мне Нвард Терьян- Эмин во время нашей беседы в кабинете директора школы Жоржа Суреновича Эрукяна, начались после того, как Терьян объявил голодовку из-за халатного отношения к больным и некачественного приготовления пищи.
Уже в марте Терьян чувствует себя хорошо: «Самочувствие мое гораздо лучше, но я еще должен лечиться». А в первой половине апреля 1917 года та же газета «Мшак» сообщает: «Из Сухума в Тифлис возвратился поэт Ваан Терьян, более двух месяцев проходивший там курс лечения. Здоровье его заметно улучшилось, и можно полагать, что опасность миновала».
Артавазд САРЕЦЯН
На снимке: Нвард Терьян-Эмин с учащимися сухумской армянской школы.
1974 год.
