Не так давно, разговаривая с Владимиром Борисовичем по те­лефону и помня, что 6 марта мы будем отмечать 94-ю годовщину со дня рождения нашего любимого и глубоко почитаемого писате­ля Фазиля Искандера, я спросила своего собеседника, нет ли сре­ди его книг с автографами авторов, которые он привез из Абхазии и бережно хранит, с подписью Фазиля Искандера. «К сожалению, автографа этого большого писателя у меня нет, а вот встреча с ним была», – ответил Левинтас. Естественно, за таким его отве­том последовал и мой вопрос. То, что мне рассказал Владимир Левинтас, а это несколько штрихов из жизни Фазиля Искандера, полагаю, мало кому известные, может представить интерес для читателей.

– Мы вместе работали, были тезками и крепко дружили, мы – это Владимир Орелкин и я. А работали тогда мы в Абхазском институте усовершенствования учителей на кафедре техниче­ских средств обучения в школе. Володя был сыном известного в Абхазии археолога, краеведа Владимира Сергеевича Орелки­на и Елены Сергеевны – в про­шлом оперной певицы. Я доволь­но часто бывал у них, и всегда с большим интересом – общение с хозяевами было познаватель­ным. А еще знал, что гостями этого дома бывают очень извест­ные, уважаемые люди – писате­ли, артисты, ученые, и втайне надеялся кого-нибудь встретить там. Володя мне также рассказы­вал, что большой друг его отца – Фазиль Искандер. Приезжая из Москвы в Сухум, Фазиль обяза­тельно бывает у них, он любит их небольшой дом на берегу моря на Каштаке, и они тогда со­бираются за большим столом во дворе и без устали слушают его рассказы, ведут интеллектуаль­ные беседы, спорят, доказыва­ют… Не раз русский писатель из Абхазии пересекался там с дру­гими уважаемыми гостями го­степриимного дома Орелкиных. Меня это интересовало особен­но, так как я был в числе актив­ных поклонников творчества на­шего знаменитого земляка.

Прежде чем рассказать, где и как произошло его знакомство с Фазилем Искандером, Влади­мир Борисович коротко пред­ставил тех, благодаря кому это случилось, а значит, друга Фа­зиля Абдуловича – Владимира Сергеевича и тех, с кем, не ис­ключено, писатель общался у Орелкиных.

– Владимир Сергеевич был репрессирован в 30-е годы. По­сле реабилитации приехал в Абхазию и на берегу Черного моря, в пригороде Сухума, по­селился в уютном одноэтажном домике. Я уже говорил, что он археолог, краевед, но он еще был талантливым художником, фото­графом, скульптором, поэтом. В Сухуме, надеюсь, в запасниках картинной галереи живы его работы, а в Абхазском государ­ственном музее находится кра­сочная географическая карта Аб­хазии, сделанная его руками из папье-маше.

– Гостями семьи Орелкиных бывали – один из авторов Лени­нианы, художник Николай Жу­ков, народный артист СССР Ми­хаил Глузский, писатель Виктор Драгунский, Нобелевский лауре­ат поэт Борис Пастернак, компо­зитор Родион Щедрин и его су­пруга – народная артистка СССР Майя Плисецкая. Великая бале­рина упросила младшего Орел­кина, моего друга Владимира, научить её нырять также мастер­ски, как он сам – член сборной Советского Союза по подводно­му плаванию! И ныряла, а Роди­он Щедрин наблюдал это с улыб­кой, сидя на берегу.

– Но вот однажды Володя ска­зал мне, что после работы мы едем на Каштак, у него дома сейчас очень интересный гость. Поехали. И я увидел там Фази­ля Искандера. Он был с женой. Фазиль Абдулович, пожимая мне руку, сказал, что рад при­ветствовать друга семьи Орелки­ных. Мы разговорились. Фазиль Искандер стал расспрашивать, чем я занимаюсь, откуда родом. Услышав, что я несколько лет жил и работал в Брянске, он сказал, что и ему памятен этот город – в середине 50-х годов он там работал журналистом. В подтверждение того, что хорошо знаю многие его произведения: и поэтические, и прозу, люблю его афоризмы, я осмелел и про­цитировал: «Если не в силах рас­пилить свои оковы, плюй на них, вдруг проржавеют». «Да, он был популярен в определенный пери­од», – произнес Фазиль Абдуло­вич и улыбнулся.

Далее я ему сказал, что к по­вести «Созвездие Козлотура» у меня особое отношение, так как я пять лет работал в Централь­ной научно-исследовательской лаборатории по туризму и экс­курсиям при ВЦСПС, которую возглавлял историк и краевед Вианор Пачулия. Ведь именно он выведен главным персона­жем повести под именем Вах­танга Бочуа. Фазиль Искандер ответил, что Вианор Панджевич очень помог ему в сборе матери­ала для повести и что он являет­ся его другом.

Я с волнением осознавал, что общение с этим большим писа­телем, чья популярность и зна­чимость уже шагнули далеко за пределы Абхазии и всего Совет­ского Союза, – один из памятных моментов моей жизни.

Я помню эту встречу всю жизнь.

Беседу записала Лилиана ЯКОВЛЕВА

Тверия – Москва